otech-voinaСпасибо за память!

Большое спасибо всем, кто хранит память о победителях.


Печать

Алласте Евдокия Николаевна

1922 г. р.
Служба в Советской Армии с декабря 1942 по 1945 год. Ленинградский фронт. Старая Русса, Рига. Рядовая, медсестра. Награждена орденом Отечественной войны II степени, медалью «За оборону Ленинграда», юбилейными.

Работала на Качканарском горно-обогатительном комбинате: в детском саду № 7, с 1978 по 1980 год – уборщицей на Северном карьере.

 Добавлено 04.02.2015г. Зелениным В.С.
Очерк "Поезд шел на восток" из книги "Победители очерки" авт. Галина Краснопевцева 2010г.

Поезд шел на восток

Анц

Поезд шел на восток. Длинный, холодный состав, толи товарный, толь пассажирский. Вагоны-то явно предназначались для товара, в лучшем случае парнокопытного, но ехали в них люди; точнее же будет сказать – везли людей. А куда везли – люди о том не ведали. Знали только, что не взорвется состав, не взлетит на воздух: войны больше нет. Был декабрь 1945-го, но надрывно-тревожно выл-ревел паровоз, а колеса вагонов упрямо выстукивали: война, война, война!.. И в такт им, громко и надсадно билось сердце Анца.

Он сидел, молчаливый, угрюмый, пытаясь унять свою дрожь. Иль от стужи она, иль от тех кошмаров, что зловещей тенью бежали за составом. Все вместила эта тень: и Германию с фашистскою тюрьмою, и всю Европу, от Дании до Италии, где носили Анца колючие ветры войны. Вот и сейчас мчатся они за поездом – и хочется Анцу подгонять колеса: быстрей! Быстрей от этого страшного прошлого!

Да как же быстрей, если надо остановиться и вернуться назад? Ведь в том прошлом не только мрак – там ясный свет детства, там родимая земля, там его семья, его родная Эстония! Теплая волна приливает к сердцу, размягчает его, делает слабым. Домой, скорей домой!.. Но поезд идет на восток, и ничего не значат ни твои желания, ни твои страдания. Ибо ты теперь спецпереселенец. И тень прошлого преследует тебя. Неужели ж так будет всю жизнь?

Поезд идет на восток. Куда он везет тебя? В будущее? Нет, в неизвестность... А какая большая Россия! Как сурова здесь зима! Как долго тянется дорога!.. 
 Наконец, приехали. Те, кто хоть что-то знал по-русски, читали по слогам, глядя на заснеженную станцию: «Ке-ме-ро-во...»

Так впервые ступил на сибирскую землю Анц Хансович. Здесь вместе с другими переселенцами предстояло ему работать в угольных шахтах, осваивать чужой язык и обычаи, тосковать по родине. Сюда однажды придет ему весточка из Эстонии: «Жену свою не ищите, она взяла развод».

Дуся

Есть в Алтайском крае село Баево. По мнению Дуси Захаровой, самое красивое. Как река Кулунда, как Кулундинская степь. В этом селе и выросла Дуся – с открытой, как степь, душой; свободолюбивая, как степная птица; легкая и быстрая, как река. Под стать своему отцу, независимому единоличнику, который так и не признал колхоз, хотя корову у них забрали и увели на общий двор.

Жили Захаровы дружно. Кормились и одевались трудом своим. Дуся, ловкая да справная, успевала везде: и по заборам с мальчишками полазить, и помочь по хозяйству дома и в лесопитомнике, где работала мама. По-мальчишески бойкая и резкая, Дуся с нежностью относилась к каждой травинке, ко всякой букашке, умела защитить слабого. И очень любила детей.

В 1939 году кончила она среднюю школу и поехала в педучилище, в город Камень-на-Оби.

– И было у меня ума, как у старого пима: Обь на спор переплывала. Ведь ширь-то какая – другого берега не видать...

Но она переплывала. Отчаянная была и здоровая. А в доказа-тельство неверующим привозила лук полевой, которого на том берегу тьма тьмущая.
 Но вволюшку поплавать в Оби, как и окончить педучилище, не довелось: в 1942 году вызвали в горком комсомола. Сказали: «Пишите заявления, что идете добровольцами на фронт». И они написали, и пошли воевать – и учителя, и ученики, окончившие 10 классов. С месяц училась Дуся делать перевязки, ползать по-пластунски – и готово, на фронт!

Три года была она на передовой. Служила в отдельном автобатальоне. На передовую возили они снаряды и продовольствие, а оттуда – раненых. Постоянная опасность, каждодневный риск. Сколько крови, сколько смертей кругом!.. А Дусю звезда хранила. Да, видно, перед войной и звезды бессильны. Однажды во время бомбежки девушку засыпало в траншее землей – лишилась Дуся зрения.

– Никуда не повезем, в своем лазарете выходим! – решительно сказала врач Ревека Абрамовна. И впрямь недели через две-три Дуся отходить стала. Правда, стопроцентного зрения уже нет, но жить можно. И воевать. Псков, Новгород, Старая Русса... Войну Евдокия Захарова закончила в Латвии. 

е оставляли в Ленинграде, предлагали учиться, давали квартиру. Но нет – домой, в Сибирь!.. И вот август 1945-го. Поезд идет на восток. Длинный, веселый состав. Торжественно гудит паровоз: едут победители.

Не думала Дуся, что дома тоже повоевать придется. Оказывается, у мамы огород отобрали и отдали колхозному счетоводу. Явилась Евдокия к счетоводу, возмущенная и решительная:

– Пахать будем!

– Это как же? – опешила та. – А как же я?

– Меня это не интересует. Вы кого обижаете? Беззащитную женщину, сестренку-малолетку да слепую бабушку? Значит, мы с отцом на фронте, а вы тут сирот грабите?... Посторонись, голубочка моя: пахать будем! Видишь: мне уже и лошадь, и пахаря дали...

Это была б не Дуся, если б она поступила иначе. Да и кто вступится за слабых женщин, если хозяин еще домой не вернулся?.. Отец, познавший ужас плена, пришел в 1947-м, израненный, изможденный, с осколками в легких. Но несломленный.

Алласте

й фамилией, она бы не поверила. А уж эстонец Анц Алласте и предположить не мог, что когда-нибудь женится на сибирячке. Но вот в суровой Сибири в суровые послевоенные годы их пути-дороги пересеклись и стали одной судьбой. Это была встреча навсегда.

Разные характеры. Ну и что? Они прекрасно дополняют друг друга. Говорят на разных языках. Так разве это преграда, если все понимаешь сердцем? Бытовая неустроенность, всякие послевоенные лишения. Да могут ли они испугать их, переживших войну-лихоманку?

Словом, вместе им было ничего не страшно, все невзгоды нипочем, любое дело по плечу.

25 лет в любви и согласии прожили они в Сибири. Потом приехали в Качканар, в город, который строила Надя – младшая Дусина сестренка. 
Уже много лет Евдокия Николаевна и Анц Хансович Алласте живут в Валериановске. Мы побывали у них нынешним летом. Хозяйка встретила нас во дворе. Приветливо. Но знакомиться не спешила; первым делом ей надо было накормить всех собак и кошек: своих, чужих, пришлых, которые, видать, хорошо знают дорогу к этому доброму порогу.

– Все живые, все есть хотят, все ласки ждут, – прокомментировала Евдокия Николаевна.

А в доме звенели ребячьи голоса: внучат у бабушки пятеро, и летом тут бывает весело. Мы сидели на «солнечной лавочке», и Евдокия Николаевна рассказывала о своих дочерях Антонине и Татьяне, о сестре Наде, которая ей тоже за дочь; говорила о внуках и прочих радостях жизни, об Урале и Сибири; возмущалась несправедливостью и недостатками – несжигаемыми, непотопляемыми.

– За твой язык тебя скоро посадят, – с приятным акцентом и легкой улыбкой сказал подошедший Анц Хансович. Сдержанный в словах и чувствах, он был полной противоположностью своей говорливой и эмоциональной жене.

А потом они с нескрываемой радостью показывали нам свое хозяйство: огород, теплицу и массу всевозможных приспособлений, придуманных и сделанных Анцем Хансовичем, чтобы облегчить, механизировать домашний труд, в первую очередь женский.

Что касается отношения к женщине, то оно у него уважительное, почтительное, по-джентльменски снисходительное. Отношением к женщине Анц Хансович измеряет достоинство человека. «Кто обижает женщину, тот не мужчина», – убежден он. Не потому ли супруги Алласте живут достойно? Трудностей и лишений у них было немало, но оскорблений и взаимных обид – никогда. «За всю жизнь мы ни разу не поссорились», – говорит Евдокия Николаевна.

Зачем вообще люди ссорятся, дерутся, воюют? Этого Анц Хансович и Евдокия Николаевна понять не могут. Чего людям не хватает? Почему им становится тесно? Почему до сих пор не исчезают изгои, переселенцы, беженцы? Вопросы, вопросы...

А не хочется ли Анцу Хансовичу переселиться и Эстонию? Не жалеет ли он, что не вернулся на родину?

Анц Хансович подумал и сказал:

– Нет, на судьбу свою не жалуюсь. Из Сибири тогда многие вернулись в Эстонию, да не все нашли там счастье: многих из них снова отправили – на север. Жизнь ведь переменчива: сегодня ты прав, а завтра тебя повесят.

Нет, А.X.Алласте не уехал домой. Теперь его дом здесь: эстонец Анц и сибирячка Дуся стали нашими земляками, уральцами.

Недавно у них в Валериановске побывал гость из Эстонии. Ведь там у Анца Хансовича живут два сына от первого брака: тоже Анц и Арнэ. Есть и три эстонских внука.

Евдокия Николаевна, Анц Хансович и подключившиеся к разговору внучки вспоминали о том, как приезжал к ним дядя Анц. А я старалась представить себе его, 50-летнего мужчину. Что чувствовал он, отправляясь из Эстонии? О чем думал под стук вагонных колес?

Наверное, о войне-разлучнице, искалечившей людские судьбы, отнявшей у него родного отца. И о том, должно быть, что род-ственные чувства сильнее всякой войны. Это она, родная кровь, позвала Анца-младшего в дальнюю дорогу. А еще, вероятно, он думал о том, что каждый человек и все люди должны быть сильнее любой войны, выше всяких раздоров: больших и малых, семейных и гражданских, национальных – каких угодно. Ведь все мы живем на одной планете, все мы – земляне, земляки.

Немало, наверное, передумал Анц, глядя из окна вагона. А навстречу ему бежала Россия. Поезд шел на восток.

1991 год

© При использовании материалов с сайта гиперссылка на kgo66.ru обязательна
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

otech-voina

Дополни биографию героя! 

Дорогие друзья! В 2005 году была издана книга о качканарцах – участниках Великой Отечественной войны. Её цель – вспомнить всех ветеранов, чьи судьбы пересеклись с нашим городом. В основном эта цель была достигнута.
Но на достигнутом не следует останавливаться! Имеющиеся информации – очень короткие. Иногда это только фамилия, имя, отчество и год рождения.
Дополним биографии героев! Найдите к книге своего родственника, прочитайте его биографию и подумайте, как можно её дополнить. Это могут быть дополнения и уточнения к имеющейся информации, написанные в разное время и отсканированные статьи, воспоминания родственников, документы, фотографии и другие материалы.

Как передать материалы?

Консультации по телефону : (34341) 6-97-52.

Имена героев и их подвиги должны жить в веках!