otech-voinaСпасибо за память!

Большое спасибо всем, кто хранит память о победителях.


Печать

Чупраков Николай Александрович

Чупраков Николай Александрович1918 г. р.

Волховский фронт. 11 гвардейский танковый корпус.

Награжден орденом Отечественной войны I степени, двумя орденами Красной Звезды, медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», юбилейными.

Работал в пожарной охране города.

 

 

 

 

 

Добавлено 19.01.2015г. Зелениным В.С.

Чупраков Николай АлександровичЧупраков Николай Александрович

Со смертью на «ты»

Фронтовая драма в двух актах

Эта фотография несколько лет назад уже публиковалась в «Качканарском рабочем». Ее автор - известный фотожурналист В.Н. Чупраков, запечатлевший в кадре множество людей и событий нашего города. Но этот кадр особый: на нем отец Виктора Николаевича. Сержант Чупраков Николай Александрович, сполна хлебнувший военного лиха - герой этого очерка.

Одно лишь предварительное замечание. Чупраков-сын сделал самое лучшее, что можно было сделать для сохранения памяти о своём отце: он передал документы на хранение в городской архив. Да, уважаемые качканарцы, практика показывает, что хранение документов, особенно об участниках Отечественной войны, в семьях не всегда гарантирует их сохранность. А все, что сдано в архив, будет храниться вечно. К тому же этими документами могут воспользоваться люди, занимающиеся историческими исследованиями. При написании этого очерка очень активно использовались документы ушедшего уже из жизни Н.А.Чупракова.

Зато сколько проблем сейчас с подготовкой книги о ветеранах-качканарцах к 60-летию Победы! Умер ветеран - и что где искать? Очень надеюсь, что этот пример подвигнет ветеранов или членов их семей на аналогичный поступок - сдать документы, материалы, письма, дневники и т.п. в городской архив. На вечную память для потомков. 

Пролог.

Война – очень сложное социальное явление. Сложное для понимания и осмысления. Причина - в разительном контрасте между целями и средствами. Та же Великая Отечественная. Цели - священные защищать свою Роди­ну и избавить мир от фашист­ской нечисти. Методы - грязь, жестокость, кровь, смерть. Через это прошли наши вете­раны, кто-то испытал этого больше, кто-то меньше.

Герой нашего очерка — больше, он служил в развед­ке. Потому наши победители скептически относятся к кинофильмам и книгам о войне: там лишь малая толика прав­де». Вся же правда слишком страшная — по этой причине мы некоторые моменты опустим. Да и на самих ветеранах за шесть десятилетий образо­вался хрестоматийный глянец. Хотя, если вспомним их, наших родственников или соседей, самые обычные люди, с недо­статками и слабостями, стра­стями и грехами. Но война, этот самый суровый экзамен для настоящих мужчин, дела­ла их, обычных в обычной жизни, несокрушимыми по силе духа, лучшими в мире солдатами. Вспомните кадры кинохроники, когда Черчилль в Крыму медленно обходит строй почетного караула и пристально смотрит на лица, в глаза нашим солдатам, слов­но пытается разгадать тайну русской души.

Акт первый.

Чупраковы — крестьянского рода. Причем, как это часто случалось, в одной семье были и колхозные активисты и раскулаченные. Их малая редина — деревня Кутеневского, тогда Махневского, ныне Алапаевского района.

Николай Чупраков решил изменить свое социальное положение. Уже в 17 лет он стал учителем в начальной школе и даже закончил три курса педучилища в Ирбите. Больше не пришлось в 1938 году призван в армию. Место службы - Дальний Восток. 31-я кавалерийская дивизия в которой грамотный молодой человек становится командиром отде­ления. В то время на Дальний Восток отправляли служить очень многих, потому что веро­ятным противником №1 счита­лась Япония, захватившая Се­веровосточный Китай. И повод давала страна восходящего солнца так думать о себе. Же­стокие бои на озере Хасан и реке Халхин-Гол чего стоят! Поэтому уже в 1938 году был создан Дальневосточный фронт. Этот фронт-долгожи­тель просуществует до сентя­бря 1945 года.

Но реальный враг пришел с запада. И когда это случилось, когда выяснилось, что Япония не планирует нападать на Со­ветский Союз, тогда эшелоны с нашими солдатами устремились на запад - под Москву, под Ленинград. Николай Чупраков попал под Ленинград.

Немного о кавалерии, ушедшем в историю роде войск. Образ кавалерийской атаки нам опять же создает кино: лихо, романтично, кра­сиво, особенно если фильм ис­торический, и наши побежда­ют. А для солдата Чупракова, который почти всю войну был со смертью на «ты», кавале­рийский бой запечатлелся в памяти как один из самых страшных. Это колоссальное напряжение, когда страха нет, а есть невероятная злость. Это умница-лошадь, самое благородное из животных, все понимающая и тонко чувству­ющая это напряжение. Она ус­тремляется в атаку, как толь­ко такой момент наступает. Это жуткий сабельный звон, потом еще долго колоколом, звенящий в голове. И жертвы, обезображенные боем жерт­вы: порубленные тела, отсе­ченные руки, головы…Не для слабонервных. Даже когда старый солдат умирал (Нико­лай Александрович ушел из жизни в 2000 году), уже сла­беющим голосом он командо­вал: «Шашки ——вон!»

Война для него могла за­кончиться уже в 1941 году. Как, впрочем, и жизнь. Роковой для командира отделения развед­ки могла стать холодная де­кабрьская ночь под Тихвином, когда шквал минометного огня обрушился на наших бойцов. Молодые, необстрелянные, они стремились убежать от взрыва, но попадали под другой и гибли. Настиг осколок и Чупракова.

В течение всей своей дол­гой жизни Николай Александ­рович постоянно будет сам себе задавать вопрос: «Как я мог остаться в живых?» Он расценивал это как невероят­ное везение. «В рубашке ро­дился» - говорят в таких слу­чаях. В ту злополучную ночь ему повезло дважды. Во-первых, осколок попал в солдат­ский кожаный ремень, что и спасло жизнь. Везение второе было в том, что в кромешной тьме его нашла девчушка-санитарочка и вынесла на плащ-палатке. Ранение оказалось очень тяжелым: слепое оско­лочное поясничной области с повреждением позвонков. Ре­альной была перспектива ос­таться лежачим инвалидом: месяца ноги не работали.

На этот раз везение пришло в образе молодой женщины-врача, которой, видимо, при­глянулся бравый сержант, и она пообещала сделать все возможное, чтобы поставить его на ноги. Слово сдержала: нашла хорошего хирурга, тот удачно сделал операцию, еще три месяца лечения — и уже на своих ногах Николай Чупраков отправился домой в качестве дембеля.

Акт второй.

Радость родных и близких, что их Николай вернулся до­мой хоть и не очень здоровым, но живым, оказалась прежде­временной. Он сразу же стал хлопотать о возвращении на фронт. Можно представить, какое потрясение испытали родители: ведь к тому време­ни уже находился в плену младший брат Николая — Вла­димир. Отец от таких пережи­ваний тяжело заболел. Но Ни­колай упорно стоял на своем, несмотря на неоднократные отказы Алапаевского военко­мата удовлетворить его рапорт из-за тяжелого ранения.

Каковы мотивы такого по­ведения человека, который вы­страдал право на мирную жизнь? Хотелось бы думать, что это чувство высокого патрио­тизма, но вряд ли, хотя и отвергать это не будем. Скорее всего, Николай Александрович был из категории людей, которые не могли реализовать себя в мир­ной жизни. А ведь для человека очень важно знать, что - где-то он нужен, что он востребо­ван. Они умели воевать, кому- то нравилось играть со смертью; это, кстати, вполне в русском духе. И не раз приходилось слы­шать от ветеранов разных войн, в том числе и афганской, что в чем-то на войне проще. Яснее видно, где белое, где черное, где добро, а где зло. Но глав­ное - чувствуешь себя насто­ящим человеком.

Но, как бы там ни было, Николай все-таки «достал» военкоматских работников и получил предписание, прав­да, не на фронт, а в запасной полк, в Еланские лагеря стар­шиной. Отвез отца в больницу —и к новому месту службы. Служба как служба: прини­мать и отправлять эшелоны на фронт. Обязанности старши­ны —помыть, переодеть, на­кормить 一 и в течение суток эшелон отправлялся дальше.

Но, как оказалось, и здесь подстерегала опасность, хотя другого рода. Вскоре после очередной отправки к Чупракову пришли товарищи из органов и надели на него наруч­ники. Посадили, одним словом. А в чем дело? А в том, что в эшелоне украли продукты, со­ответственно возник вопрос: не состоял ли с похитителями в сговоре еланский старшина? Удивляться здесь особо нече­му: «кому - война, а кому - мать родна». Не секрет, что кто-то проливал кровь на фронте, кто-то надрывался в тылу, а кто-то и поднажился на народном горе. В данном случае воров поймали (они по­пались на рынке) и устроили очную ставку. Вопрос был один: помогал ли им старши­на? Опять повезло, что у зло­умышленников совесть еще осталась, и они ответили че­стно: нет. Но самочувствие по­дозреваемого легко предста­вить.

Этот случай укрепил Н.Чупракова в мысли: на фронт, на фронт, только на фронт! Сно­ва бесконечные рапорты и, наконец, положительный от­вет: «Формируешь очередной эшелон, с ним и отправляйся старшиной эшелона». Что и было сделано, хотя не обо­шлось без курьеза. Эшелон был колымского формирова­ния. Представляете, какая публика в нем собралась? Их так и называли: братцы-колымцы. Когда старшина полез к ним с уставными требовани­ями, они ему ответили кон­кретно: «Ты нам давай жрат­ву, давай спирт, но не разво­ди. А порядок мы и без тебя организуем».

Местом действия второго акта военной драмы Н.А.Чу­пракова стал 11-й танковый корпус. Соединение, между прочим, прославленное. Вот его полный титул: «11-й тан­ковый Радомско-Берлинский Краснознаменный орденов Су­ворова и Кутузова корпус». И хоть война шла к своему по­бедному завершению, путь этот по-прежнему был терни­стым. А прославленный танко­вый корпус пробирался к Бер­лину через самое что ни на есть военное пекло. Ордена­ми и званиями отмечено его участие в Белорусской опера­ции —в ней он громил Ковельскую группировку врага, затем в Люблин-Брестской опера­ции, в результате которой наши войска подошли к Вар­шаве. Потом — через всю Польшу, это Висло-Одерская операция и разгром Варшавско-Радомской группировки. И, наконец, точка в войне — взятие Берлина с Кюстринского плацдарма, через Зееловские высоты (ветераны знают, о какой мясорубке идет речь).

Вообще-то насчет точки есть вопрос. В военном биле­те Н.А.Чупракова среди наград значится медаль «За осво­бождение Праги», хотя в его записях нет ни строчки об этом. Нет этой медали и на пиджаке Николая Александ­ровича. Прага, как известно, была освобождена 9 мая 1945 года, когда в Карлхорсте уже подписали акт о безоговороч­ной капитуляции Германии.

Мы говорим о танковом корпусе, но ведь Чупраков-то танкистом не был. Он воевал в этом корпусе, но был коман­диром отделения в составе от­дельной роты автоматчиков. Это надо понять и прочувство­вать. Танки — основная удар­ная сила, они прорывают обо­рону противника своей броне­вой и огневой мощью на ост­рие главного удара. А эти, ко­торые автоматчики, сидят на броне! Если танкисты защище­ны от пуль и осколков, то ав­томатчики только их и собира­ют. Чем не смертники? По сло­вам Николая Александровича, после боев на Зееловских вы­сотах из роты их осталось два человека. Но, видно, действи­тельно, кто раз близко позна­комился со смертью, к тому она теряет всякий интерес.

Но наш русский Ваня, в данном случае Коля, еще и дополнитвльно найдет приключений на свое одно место. Близ города Кюстрина Чупра­ков со своими орлами обнару­жили совершенно новую легковую машину. Она была при­крыта сеном. Ну, обнаружили и ладно. Нет, наши герои, не умея водить, покатили ее вручную. Навстречу - четы­ре офицера. Ну, сначала ду­шевный разговор на уровне «кто? куда? зачем?», потом вердикт: «Машину мы у вас забираем». Возражения пере­росли в драку, офицеров от­лупили. Следует заметить, что бить офицеров ——дело сильно неблагодарное по последствиям. Это трибунал. Эти чет­веро к тому же оказались из «Смерша». А это уже — вер­ный расстрел. Естественно, «удальцов» нашли и арестова­ли. Не расстреляли (повезло опять?), дали шанс. Цена во­проса —разведка в Кюстрин.

Пошли двое ночью. Шли по мосту - мост кончился: разру­шен. Спустились по опоре в реку, поплыли. Ночь пересиде­ли на берегу в кустах, утром их обнаружил снайпер и убил на­парника. Чупраков, затаившись, ждал ночи и изучал обстанов­ку. Стучит котелок: идет немец. Дальше дело техники: нож к горлу, информация к сведению, документы в карман, немца в расход... И обратно.

Общаясь с ветеранами, понимаешь, что на войне у них выбор был такой: сделать или умереть, жизнь или смерть с огромной долей превосходст­ва последней. А удача, счаст­ливый случай, везение (как угодно можно назвать) было тому, кому выпадал хоть ма­лый процент, но жизни. А кому-то и не выпадал.

Были и другие примеры, когда погибали люди, обре­ченные на жизнь. Во время уличных боев за Берлин заня­ли очередной дом. Повар при­нес бойцам пищу и попросил пострелять из автомата: дес­кать, война заканчивается, а он и автомат в руках не дер­жал. Ради Бога! Взял автомат, подошел к окну - и тут же рухнул замертво; в лоб ему с улицы прилетела пуля. Что тут скажешь? Судьба!

Поэтому не удивительно, что в нашем рассказе о полной опасности военной судь­бе В.Н.Чупракова мы частень­ко говорили: повезло. В этом смысле финал его фронтовой драмы оказался счастливым. После взятия Берлина какое-то время служил в коменда­туре: собирать для отправки на Родину девушек, угнанных в Германию. И что удивитель­но, некоторые из них наотрез отказывались уходить от сво­его бауэра, не желая менять свое рабство на колхозный рай. Темные - что с них взять? А в декабре 1945 года отправился домой сам: учите­лей отпускали немного рань­ше других.

Так закончилась военная эпопея Н.А.Чупракова, про­должавшаяся семь лет.

Эпилог

Вспоминает Виктор Нико­лаевич:

- Мы тогда совсем дети ждали отца с форонта. При этом нас с сестренкой беспокоил вопрос: как мы его узнаем? И вот однажды смотрим: идет мужик какой-то. А к кому идет? Остановился у нашего дома, поставил чемодан, заку­рил. Зашел в дом, снял вещмешок, сел. Смотрит на нас, мы - на него. Что ему надо? Попить? Молчит. А потом и говорит: «Я - отец ваш». Мы растерялись и не знали, что делать.

Вот так отцы, пришедшие с войны, знакомились со своими детьми, а дети - с отцами. Что еще запомнилось мальчику, впервые увидевшему отца? Конечно, подарки. Ему - фо­нарик разведчика с разноцвет­ными стеклами, сестре - оде­колон, матери и бабушке - по золотому кольцу, а еще хром, плащ-палатка, тюль...

С педагогикой у Николая Александровича не залади­лось. Во-первых, с психикой не все было ладно: кричал и соскакивал по ночам: во сне при­ходили пережитые на войне кошмары. Да и приворовывали в детском доме, где он ра­ботал воспитателем - жало­вался, был конфликт. Попро­бовав разные профессии, ос­тановился на одной; стал огнеборцем. Пожарным работал и в Качканаре до самого вы­хода на пенсию. Работал доб­росовестно: в трудовой книж­ке записано множество благо­дарностей, почетных грамот,денежных премий, звание «Лучший по профессии».

Есть такое понятие - зве­здный час. Это пик, вершина достижений человека, его максимальный взлет. В долгой жизни Н.А.Чупракова такой звездный час приходится на период Великой Отечествен­ной войны, когда он долг пе­ред Родиной выполнил вдвой­не, а, может, и больше. Сим­волично, что на пиджаке у него среди множества медалей — две Звезды. Красных. Цвета крови, обильно пролитой на­шими солдатами в этой великой войне.

Михаил ТИТОВЕЦ.

© При использовании материалов с сайта гиперссылка на kgo66.ru обязательна
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

otech-voina

Дополни биографию героя! 

Дорогие друзья! В 2005 году была издана книга о качканарцах – участниках Великой Отечественной войны. Её цель – вспомнить всех ветеранов, чьи судьбы пересеклись с нашим городом. В основном эта цель была достигнута.
Но на достигнутом не следует останавливаться! Имеющиеся информации – очень короткие. Иногда это только фамилия, имя, отчество и год рождения.
Дополним биографии героев! Найдите к книге своего родственника, прочитайте его биографию и подумайте, как можно её дополнить. Это могут быть дополнения и уточнения к имеющейся информации, написанные в разное время и отсканированные статьи, воспоминания родственников, документы, фотографии и другие материалы.

Как передать материалы?

Консультации по телефону : (34341) 6-97-52.

Имена героев и их подвиги должны жить в веках!